Как это было: 9/11 и последствия глазами журналистов, политологов и дипломатов

0
24

Как это было: 9/11 и последствия глазами журналистов, политологов и дипломатов

11 сентября 20 лет назад журналист Сергей Брилев впервые в жизни вел эфир. В этот день в Нью-Йорке самолеты, захваченные террористами, врезались в здание Всемирного торгового центра. Как об этом событии узнали в Москве? Как отреагировали власти?

«11 сентября мы открывали музей российской и советской дипломатии в здании Министерства иностранных дел на Смоленской площади. И первый заместитель министра Вячеслав Иванович Трубников во время церемонии открытия зашел и сказал, что что-то происходит в Америке странное, поэтому надо посмотреть», – вспоминает экс-министр иностранных дел России (1998-2004 годы) Игорь Иванов.

Бывший разведчик Андрей Безруков вспоминает о происходящем так: «Я когда увидел трансляцию на Euronews, у меня первая реакция была: с каких пор по Euronews стали показывать анонсы фильмов ужасов?»

«Горела первая башня. Подпись была: «Самолет случайно врезался в башню». Такое было в Нью-Йорке раньше. (…) И вдруг через экран пролетает самолет и врезается в следующую башню. Все стало понятно», – рассказал он.

Политолог Вячеслав Никонов вспоминает: «11 сентября я прихожу в фонд «Политика» – это в центре Москвы. Там включен телевизор, все смотрят… второй самолет. И первое, что я слышу, это слово «сербы». «Почему?» – спросил я. Мой сотрудник Никита во время бомбардировок Югославии в 1999 году сидел в Белграде, и у него была первая мысль, что вот сербы нанесли ответный удар».

«В этот момент в эфире был и я: тогда, конечно, сильно моложе. Скоро стало понятно, что никакие это, конечно, не сербы», – говорит Брилев.

«Авиакомпания, которой принадлежал самолет, который врезался во Всемирный торговый центр, подтверждает, что на борту самолета, следовавшего рейсом из Вашингтона в Лос-Анжелес, находилось 77 человек. Всего, по предварительным данным, в самолетах и в зданиях могло находится в общей сложности около 40 тысяч человек», – сообщалось тогда.

Экс-глава МИД РФ Игорь Иванов вспоминает: «Понятно было, что эта ситуация чрезвычайная. Поэтому я доложил президенту. Владимир Владимирович (Путин – ред.) созвал совещание руководителей всех ведомств силового блока».

На совещании присутствовали министр обороны, руководитель службы внешней разведки, был руководитель ГРУ. Вскоре последовало телеобращение Путина.

«Это наглый вызов всему человечеству. По крайней мере, всему цивилизованному человечеству», – заявил российский президент.

Америке тогда требовалась поддержка.

«Я помню Америку до этого, при (президенте Билле – ред.) Клинтоне, это была очень самофокусированная, самодовольная Америка. И вдруг получила пулю на взлете, которая ее не убила, но вот эта рана болела, и болела, и болит», – говорит Безруков.

«В панике жители Вашингтона с ужасом наблюдают за тем, как в небе кружится огромный пассажирский самолет Boeing-747. Несмотря на предупреждение Пентагона, военного ведомства, о том, что все авиалайнеры, летающие без специального разрешения, будут сбиты», – передавал тогда Брилев.

Президент РФ тогда «поручил связать» его с американским лидером Джорджем Бушем.

«Мы не знали, как это удастся, потому что, как вы помните, в это время Буш находился, если я не ошибаюсь, в президентском самолете», – рассказал экс-глава МИД РФ.

Тогда правильно высчитали: это был голубой самолет ВВС США номер 1, президентский, и там был Буш.

«В течение, по-моему, получаса удалось установить связь, и состоялся разговор», – отметил Иванов.

На 16 сентября был запланирован визит Иванова в Соединенные Штаты.

«Я перезвонил госсекретарю США Колину Пауэллу, спросил, что если в этой ситуации они считают целесообразным отложить, то с пониманием к этому отнесемся. Через полчаса Колин Пауэлл перезвонил, и сказал, что принято решение: визит состоится в срок, более того, президент США будет готов меня принять как министра иностранных дел», – рассказал Иванов.

Он стал тогда первым иностранцем, кого принял Буш. Американскому лидеру он привез конфиденциальное послание от Путина, философию которого президент России изложил еще в телеобращении.

«Россия не понаслышке знает, что такое террор. Обращаясь от имени России к народу США, хочу сказать, что мы с вами. Мы целиком и полностью разделяем и чувствуем вашу боль. Мы поддерживаем вас», – заявил тогда Путин.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Stamba – дизайнерский отель Тбилиси

Тогда, по словам Иванова, и стала формироваться идея создания международной антитеррористической коалиции. Такого мир не видел со времен антигитлеровской коалиции.

«Были очень сложные переговоры, многие из них носили очень деликатный характер. И тогда, собственно, стали уже зарождаться идеи формирования единого пространства безопасности на Евроатлантике, к примеру. Мы создали для этой цели Совет России и НАТО», – вспоминает Иванов.

Когда дело дойдет до Украины, этот совет так и не соберется. Но не будем забегать вперед. Те сутки, 11 сентября 2001-го, приносили все новые и новые сообщения: уже от Пентагона в Вашингтоне.

«Был сильный взрыв, в результате чего, это уже подтвержденное сообщение, часть стены военного ведомства США обрушилась».

У Вячеслава Никонова, кстати, в отношении того эпизода до сих пор есть вопросы.

«Вообще, конечно, тайн, на мой взгляд, очень много. Прежде всего, дырка в Пентагоне, она же круглая, там нет следов от крыльев никаких. Это был явно не самолет», – отметил политолог.

Игорь Иванов высказывает свое мнение: «Я консервативный дипломат, я люблю читать документы. Вот когда я что-то прочитаю, тогда могу говорить. Но, мне кажется, сейчас даже не это важно. Если даже подтвердилась бы другая теория, это пускай Соединенные Штаты разбираются, кто у них что 11 сентября сделал. Для нас было важно, что это акт терроризма. А кто за этим стоит, в конце концов, это уже их история».

Вот мнение о том, что тогда в Америке произошло.

«Они создали вот это полицейское государство, причем создали очень быстро и очень жестко. А поскольку они в менталитете не являются полицейским государством, оно получилось кривое, и оно очень быстро стало деградировать в полицейскую диктатуру внутреннюю. Подсматривать друг за другом на уровне даже соседей – с одной стороны, а с другой стороны – то, что (экс-сотрудник ЦРУ Эдвард – ред.) Сноуден говорил, тотальная слежка», – считает Безруков.

Но это – внутри Америки. А главное – что стало происходить во внешнем мире.

«11 сентября стало поводом для реализации тех стратегических установок, которые к тому времени уже существовали в администрации Джорджа Буша-младшего. Работали люди, которые полагали необходимым трансформацию мира не только идейно-моральную, но и силовую. И 11 сентября просто внезапно подарило им замечательный повод это сделать», – считает журналист, политолог, председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике Федор Лукьянов.

Впрочем, сначала все было очевидно: Усама бен Ладен – вот кто взял на себя ответственность за теракты. Тонкость, правда, заключалась в том, что он скрывался между Пакистаном и Афганистаном, но сам-то был саудит. А на прицеле оказались афганцы.

«Они не производят впечатления тех, кто поехал в Америку, научился водить самолеты, потом захватил эти самолеты и так далее, причем одновременно. Это какая-то суперпрофессиональная операция на уровне спецслужб. Вот эти люди с автоматами и в тапочках не производят впечатление тех, кто это сделал», – отметил политолог Никонов.

А друзей-саудитов США не трогали. И еще одна, скажем так, тонкость про операцию в Афганистане.

«С первой фазой, а именно с возмездием за теракты, все были согласны, никто не возражал. А вот дальше началось то, что с самого начала у подавляющего большинства специалистов, в том числе в США, вызывало изумление: это намерение построить современное демократическое государство там, где его заведомо быть не может», – говорит Лукьянов.

«Мое ощущение, что американцы туда влезли прежде всего по геополитическим причинам. Все-тaки Афганистан – помимо того, что это «кладбище империи», – это еще такой геополитический Клондайк», – отмечает Вячеслав Никонов.

Но Бог с ним, с Афганистаном. Дальше-то был Ирак.

Примерно в тот период Сергей Брилев брал интервью у президента США Джорджа Буша.

«Есть у нас это манера такая, не очень мне нравящаяся – надсмехаемся над американскими политическими деятелями, мол, простофиля. Нет, это был человек совершено со своими взглядами на жизнь, в том числе, по Ираку», – вспоминает журналист.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Метеоролог пообещал россиянам «почти майское тепло» в апреле

Еще точнее: Буш выдавал установки. В одном из интервью 43-й президент США заявил, что «перепробовал все дипломатические пути для того, чтобы прийти к единому решению о том, что делать с Саддамом Хуссейном и его оружием массового поражения».

«Американцы пришли в Ирак для того, чтобы уничтожать оружие массового уничтожения, которого там не было. И уничтожать Саддама Хуссейна и его антинародный режим», – рассказал Никонов.

Брилев: Игорь Сергеевич, вы сейчас вспомнили вашего коллегу Колина Пауэлла. Я как-то думал, что коли госсекретарь США приходит в Совет безопасности ООН с пробиркой, значит, действительно у американцев должно быть досье. А потом обернулось все это пшиком.

Иванов: Что касается господина Пауэлла, это, с моей точки зрения, честный, порядочный человек. А в этой ситуации, в какой он оказался – он описывает в своих мемуарах – он конкретно признает свою ошибку. Ошибку в том, что всегда любую информацию надо проверять и проверять, а он понадеялся на определенные службы и оказался жертвой вот этой игры, к сожалению.

«Я считаю одной из больших слабостей Соединенных Штатов то, что они очень сильно верят в собственную пропаганду. Причем, это касается и президентов Соединенных Штатов», – отмечает Никонов.

«Мы не останемся в Ираке дольше, чем мы должны. Америка никогда не была нацией оккупантов, мы были нацией освободителей», – заявлял тогда Пауэлл.

Несчастная фигура на самом деле, если вдуматься.

«Ну, несчастная фигура. Подставили, по большому счету. Давайте посмотрим: (действующий президент США Джозеф – ред.) Байден, когда он недавно встречался с ЦРУ, он же сказал: «Не врите мне». Уж он-то, старый волк вашингтонский. Появляется соблазн порулить миром, а рулить миром можно только через манипуляцию. Вот так и получилось», – говорит Безруков.

К сожалению, тогда верх взяли интересы определенной части американского истеблишмента, которая продолжала верить в то, что еще возможно формирование однополярного мира.

«Если вы прочитаете заявления политиков американских того времени, они все время говорили, что «антитеррористическая коалиция, возглавляемая Соединенными Штатами», – напомнил Игорь Иванов.

При этом, по его мнению, США были тогда естественным, а не самопровозглашенным лидером.

«На этих принципах коалиция не может формироваться. Она какое-то время может существовать, но если мы говорим о серьезной политике, то здесь, конечно, необходим был учет интересов всех сторон. Соединенные Штаты пытались на этой волне, мощной международной волне противодействия терроризму решать свои вопросы», – считает экс-глава МИДа.

«Мы выдвинули вторую резолюцию, потому что некоторые наши союзники нуждались в ней для решения своих внутренних разногласий. Нам она была не нужна. Но все это позади», – говорил тогда Колин Пауэлл.

Позади? Увы, все только начиналось.

«А затем Соединенные Штаты, на мой взгляд, допустили очень крупную ошибку, когда они полностью зачистили саддамовскую элиту, когда в тюрьмах типа «Абу Грейб» исламские экстремисты соединились с опальными генералами, собственно, там и родилось ИГИЛ (террористическая группировка «Исламское государство», запрещена в РФ – ред.)», – рассказал Никонов.

США предприняли в Ираке акцию, которая разрушила международную антитеррористическую коалицию, считает Игорь Иванов.

Брилев: У меня в одном из паспортов вот той поры есть уникальный штамп. Значит, выездной штамп аэропорта Внуково, который перечеркнут потом ручкой пограничника, и написано «аннулирован». Это мы, журналисты, приехали лететь с вами вашим бортом на заседание Совета безопасности ООН. А все шло к тому, что вот-вот будет война. И вы приняли решение, что вы просто не поедете на этот Совет безопасности, отменили. И нас обратно пропускали через границу. Это решение президента было, я так понимаю, да?

Иванов: Ну, конечно.

Брилев: Трудно рассуждать за Путина. Но сделав то заявление, которое он сделал 11 сентября, и быстро увидев Ирак, ПРО… наверное, в конечном счете разочарование было очень высокое?

Иванов: Это было, это было начало большого разочарования.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь